НОВОСТИ
 
ИСТОРИЯ
 
СПЕКТАКЛИ
 
РЕЦЕНЗИИ
 
КОНТАКТЫ
 
АКТЕРЫ
 

 

recenz
 

Сервер Russians.CA, март 2006 г.
Людмила Пружанская

ТРИ ЖЕНЫ, ТРИ СУДЬИ, ТРИ СЕСТРЫ МИЛОСЕРДНЫХ

'БАБЬЕ ЛЕТО'

   «Бабье лето» - такое название дал пьесе американского драматурга А.Менчелла «Сеmetery club» театр им.Л.Варпаховского (главреж - Г.Зискин), представивший зрителю свою очередную, десятую по счету работу. «Сemetery club» – название чисто американское. Известно, что хорошим тоном в англо-саксонском мире считается членство в каком-нибудь клубе, пусть, на худой конец, и кладбищенском, если уж так было судьбе угодно. Ну, а «бабье лето» – это по-русски: череда неожиданно теплых дней, вторгающихся в закономерный ход осеннего увядания, давно закрепилась в родном языке как метафора женской надежды. Какой? Нет, здесь речь не о деньгах, не о новом доме и не об общественном положении. Это романтическая мечта о «суженом», встреча с которым должна изменить судьбу, избавить от обидного одиночества, помочь, наконец, обрести счастье. В английском языке та же по-июльски жаркая неделя среди осени обозначается идиомой «indian summer» (индейское лето) и к женской судьбе отношения не имеет.

   Заменив название на «Бабье лето», которое стало ключевым для понимания пьесы, создатель спектакля режиссер Г.Зискин придал ей принципиально иную тональность, которая отразилась, прежде всего, в оформлении спектакля: на сцене –осенний пейзаж. Впрочем, фабула осталось той же, да и сама история, казалось бы, стара как мир. Три уже немолодые подруги – вдовы (Дорис – засл. арт. России Е.Райкина, Люсиль – засл. арт. России А.Варпаховская и Ида – нар. арт. Украины Л.Яремчук), объединены одиночеством, которое, среди прочего, оставили им в наследство ушедшие из жизни мужья. Со ставшей традиционной встречи на кладбище и начинается спектакль. Перед нами три разных характера: рассудительная «гранд-дама» Дорис; трепетная, не очень уверенная в себе Ида, а между ними, взбалмошная «бой-баба» в норковой шубе из комиссионки Люсиль: ей-то все ни по чем! Эти три женщины ни на минуту не оставят сцену, на которой им предстоит: «наводить марафет»; оценивающе осматривая друг друга, хвастаться приобретенными нарядами; демонстрировать и обсуждать ценники на одежде; распивать вино, закусывая жареной курицей; отплясывать ча-ча-ча; а еще - завидовать, попрекать друг друга прошлым, глотать взаимные обиды, ссориться и быстро прощать, жалеть себя и друг друга и всем вместе злословить об их более удачливой подруге Сельме (которая уже в какой раз идет под венец!). Короче – все, как ведут себя в жизни «лучшие подруги», независимо от точки на географической карте и исторического происхождения. Впрочем, нет! Три наши героини – еврейские женщины и вращаются в еврейском мире. Именно поэтому в спектакле звучит национальный юмор, для которого, как известно, характерны, в первую очередь, самоирония и сарказм. Когда, наряжаясь по случаю, «троица» готовится в очередной раз совершить ритуальный выход, поторапливающая подруг Дорис бросает двусмысленную реплику: «Нам уже давно пора быть на кладбище!» Это лишь один пример, но из такой игры слов, в которой звучит насмешка над собой и своим возрастом, и соткано полотно спектакля.

   Появление элегантного холостяка (засл. арт. России М.Янушкевич), мало чем напоминающего расхожий образ мясника, спутывает все карты в этом «тройственном союзе». Ведь у каждой из дам возникает шанс выйти из порочного круга одиночества. Как-то поведут себя подруги? Кому удастся завладеть сердцем этого солидного и уравновешенного господина? Уж не напористой ли, действующей с беззастенчивой прямотой Люсиль, которая без всяких прембул приглашает Сэма провести вечер вдвоем? Но нет, после некоторых колебений здравомыслящий Сэм, скорее всего, отдаст предпочтение женственной и скромной Иде. Однако стоп! «Лучшие подруги» не могут допустить такого поворота дел. Они пустят в ход все свое коварство, чтобы разрушить этот, с их точки зрения, «вредный» альянс.

   К тому же, как известно, « свято место пусто не бывает» и вскоре рядом с Сэмом появится «дама полусвета», пародия на «femme fatale» Милдред (засл. арт. России С.Головина). Две небольшие сцены с ее участием внесут яркую сатирическую краску : таких, как Милдред, приходилось встречать каждому. На ее фоне и Люсиль – святая добродетель. И куда уж до Милдред деликатной Иде! Теперь наша вновь собравшаяся троица будет хором осуждать Сэма за его «непристойный» выбор. Ритуал посещения унылого клабдища восстановлен.

   Однако к счастью для отчаявшейся Иды, разлука с надеждой оказывается временной. Любящие сердца в итоге найдут друг друга. Кокетливо взяв под ручку «своего» Сэма, Ида удалится со сцены. Значит, хэппи энд? Да, но не для всех. Из жизни неожиданно уйдет цельная и неколебимая Дорис. Исчезнет в одночасье. А что же Люсиль? Та, что так презирала кладбищенскую обстановку, хорохорилась, демонстрировала уверенность в своем успехе у мужчин? Именно ей придется остаться одной на «этом» свете и произнести заключительный монолог, cмысл которого выражен в известных стихах Б.Ахмадулиной:

   О, одиночество, как твой характер крут!
   Посверкивая циркулем железным,
   как холодно ты замыкаешь круг,
   не внемля увереньям бесполезным.

   Чем ближе финал пьесы, тем бесконечно дальше она от того, что называется «humour macabre » («похоронный юмор»), тем более «своими» становятся зрителю героини. Женская часть аудитории, конечно же, узнает в них самих себя. Да и дважды повторенная в разные мгновения сугубо русская реплика: «Сейчас иду ставить чайник» (американское гостеприимство, как известно, выражено иными жестами) говорит о том, что все происходящее в известной мере условно. Как условны и декорации и реквизит (худ. Д.Боровский): стулья в белых чехлах, обозначающие надгробия. Как выплеснутое из пустого стакана молоко. Как разлитое по пустым фужерам вино. Как условны желто-красные листья, зацепившиеся за натянутую сетку серого осеннего неба.

   Реальными же оказываются человеческие характеры, и прежде всего, женские судьбы, которые сыграны всеми участниками спекталя с большим мастерством. Все актрисы на удивление органичны и естественны. Каждая привнесла в роль частицу себя, своего жизненного опыта, увиденного и прочувствованного, поэтому созданные ими образы получились жизненными и реалистичными. Единственная мужская роль - в исполнении М.Янушкевича – сыграна также деликатно и без нажима. Может быть, самая трудная роль досталась А.Варпаховской, которой нужно было воплотить противоречивый образ: из-под личины бравады в конце спектакля обнажится незащищенное, раненое сердце. Но она, как и ее замечательные партнеры, которые ни разу не впадают в « meli-melo » (cладкую мелодраму) с блеском справилась с этой задачей, вызвав сопереживание зрителей.

   Думается, что приглашение в «Бабье лето» актеров такого калибра как Л.Яремчук, Е.Райкина, С.Голованова и М.Янушкевич, позволило спектаклю выйти за рамки «бытовой» американской пьесы. Под руководством Григория Зискина совместно с А.Варпаховской им удалось поднять спектакль на иную, духовную высоту. На первый план режиссер выдвинул психологизацию действия, которой все участники спектакля владеют в совершенстве. В этом, конечно, видна заслуга русской театральной школы, отказ от схематизма, принятых стереотипов, характерных для бродвейских мелодрам, массовой голливудской продукции и телевизионных «soap-опер». К сожалению, многие из иммигрантов, переехавших в Северную Америку, принимают их за единственно подлинное искусство, отмахнувшись от, с их точки зрения, «допотопной совковой» театральной традиции. Между тем, главное достоинство спектакля «Бабье лето» как раз и состоит в привнесении в него отечественного, чеховского мотива, а грусть и печаль героинь созвучны стихам Б.Окуджавы. Именно их можно было бы поставить в качестве эпиграфа к спектаклю:

   «Три сестры, три жены, три судьи милосердных
   Открывают бессрочный кредит для меня»

   В заключение (впрочем, с этого, наверное, надо было бы начать) напомню, что, как указано в программке, спектакль посвящен « 95-летию великого Аркадия Исааковича Райкина». Это достойный вклад театра им.Варпаховского в дело памяти легендарного и всенародно любимого артиста.

Оригинал статьи опубликован на сайте Russians.CA

   По многочисленным просьбам зрителей 2 апреля 2006 года в Монреале состоится дополнительный показ нового спектакля. Более подробную информацию читайте здесь.

 

На главную      Новости      История      Спектакли      Рецензии      Контакты      Актеры      Гостевая книга